Vedomosti

 

 

 

 

 

 

 

 

 Соловецкий монастырь.

(Воспоминания путника).

 

До последних лет путешествие в Соловецкий монастырь считалось особым подвигом. Нередко люди, перебывавшие у всех святынь России, ехать на холодный и нелюдимый север не решались. Все боялись севернаго моря, бурь и холодов. Но в сущности все эти страхи напрасны, и существующее понятие о климате Соловецких островов крайне превратно. Как самый путь туда не продолжителен и не труден, так и климат там в течение лета ничем не отличается от климата средней полосы России. Совершенно такие же там бывают холода, такие же и жары. Путь туда от Тулы лежит чрез Москву, Ярославль, Вологду и Архангельск по железной дороге двое суток. Из Архангельска на пароходе до Соловецка 15 — 16 часов езды — 300 верст. Цена билета по железной дороге в один конец 10 руб. и на пароходе 3 руб. в 3 классе. Путешествие это, уже начиная с Ярославля, представляет для новаго путника большой интерес. Дорога на протяжении 600 верст идет почти безпрерывным вековым, дремучим, сосновым лесом.

Здесь деревья сотнями валяются и гниют на месте, не представляя, очевидно, для человека особой ценности. Масса деревьев стоят обгоревшия от лесных пожаров. Чем ближе к Архангельску, тем больше попадается болот, наконец, — тундры, на которых уже и растительности мало, а деревья низкорослыя, чахлыя или же одни кустарники.

Однако и здесь есть люди, которые живут поселками и имеют между собою сообщение. Но пути для этого, действительно, представляют нечто ужасное. По трясине положены вдоль бревна, а на них сверху поперек положены рядом другия бревна, и вот по этому-то рубелю люди ходят и даже ездят. Это и есть „почтовый” тракт. Конечно, нужно иметь очень крепкий организм, чтобы по такой дороге проехать десять верст, но человек свыкается со всяким положением, и там по такой дороге люди ездят даже сотни верст. Но вот леса кончаются, и пред путником сразу открывается чудная панорама. С перваго раза непривычному путнику кажется, что пред его глазами открылось море. Так широка и многоводна здесь река Северная Двина, эта северная красавица, на правом берегу которой раскинулся город Архангельск. Масса плотов и барок, целая флотилия пароходов русских и иностранных еще более убеждают путника, что пред ним море. Но это река, а до моря еще 60 верст. Подойдя к берегу, поезд железной дороги останавливается, и в самый город, расположенный на другом берегу, нужно переезжать на пароходе. Переезд этот и дешевый (5 коп.), и короткий (15 минут), и приятный. После душнаго вагона приятно посидеть на свежем воздухе и полюбоваться невиданною картиною почти морской жизни. Тут ходят пароходы, барки, снуют рыбачьи лодки и безчисленные плоты с лесом. Но вот и Архангельск.

Город этот в сущности не велик. Он расположен в длину, вдоль берега реки, а от берега, в глубь материка, он совсем не широк. Нет в нем и хороших зданий. Все более старинныя постройки, деревянныя, одноэтажныя, мостовых нет, тротуары деревянные. Из построек новаго типа можно отметить приют с церковию, выстроенный о. Иоанном Кронштадтским. Здание красивое, каменное и стоит на берегу реки. Из старинных зданий заслуживает внимания кафедральный собор. Это величественный двухэтажный храм, каких на Руси немного. Иконостас верхняго храма в шесть ярусов древняго письма. Царския врата — серебряныя, тонкой ажурной работы. Все стены храма расписаны на слова акафиста Пресв. Богородицы. Достопримечательность храма — деревянный крест высотою, 8 аршин, собственноручной работы Императора Петра Великаго. Крест этот он поставил на том месте берега моря, где, после бури, вышел. Он же подарил в 1701 г. Архангельскому Архиепископу три пушки, которыя и доселе стоят на паперти собора.

Из собора путник выходит на берег, и перед ним открывается очаровательный вид на необъятное водное пространство. У ног путника на воде капошатся люди всех наций: тут есть и шведы, и норвежцы, и англичане, и бельгийцы, и голландцы, и карелы, и зыряне, и великоруссы. Всякий нагружает или разгружает свое судно. Товар везде исключительно или рыбный, или лесной, в небольшом количестве попадается и пушной.

Насладившись видами, паломник отправляется на маленькой речной паровой лодке на монастырскую пристань, где берет место на Соловецком пароходе, отходящем три раза в неделю. Пароходы огромные, морские, прекрасно устроенные; для 1 и 2 класса есть отдельныя каюты. Пароходы выходят из Архангельска в 5 ч. вечера. Сначала приходится почти три часа ехать рекою. По берегу ея сначала тянется город, затем громадные лесопильные заводы. Но вот и заводы окончились, промелькнул и маяк. Берега стали понемногу отходить вправо и влево, и наконец совсем исчезли, и пред глазами открывается необъятное и безконечное водное пространство. Это Белое море! Какое то особое, трудно передаваемое чувство охватывает путника при первом морском путешествии. Это не чувство страха или боязни, а скорее чувство удивления от непривычки не видеть берега. Это чувство увеличивается, когда, по мере удаления, начинают около парохода выскакивать из воды разныя земноводныя животныя: тюлень, белуга и др., любящия поиграть при закате солнца. Солнце же там (в июне мес.) садится в 11 ч. ночи. Да и самая ночь там в июне — июле не существует. Там ночь ото дня отличается только тем, что нет солнца. Но за то такия там дивныя вечерния и утренния зори, что редко кто решается на пароходе ложиться спать. Это такое сочетание цветов и красок, что буквально зритель теряется, куда ему смотреть. Дивное и величественное зрелище! Невольно на уста напрашиваются слова вечерней молитвы: „Благословен еси Владыко-Вседержителю, просветивый день светом солнечным и нощь уяснивый зарями огненными”... Соединение, или вернее сказать, слияние этих огненных зорь, вечерней и утренней, составляет такое зрелище северной ночи, что редко-редко кто сойдет с палубы в каюту. Большинство же пассажиров сидят, любуясь невиданным зрелищем, тем более, что оно не продолжительно и, если кто желает, может свободно, как днем, читать. Но вот уже в начале второго часа ночи сноп золотых лучей вырвался из-за моря, а вскоре выкатился и источник света — великое светило и заиграло тысячами лучей в волнах безбрежнаго моря. И опять началась жизнь и в море, и в воздухе...

Вдруг около парохода появились красивыя чайки, предвестники близости земли. Опытный глаз уже начинает различать вдали какую-то темную полоску. Чрез несколько времени начинает на горизонте мелькать какая-то белая колонка. Знающие и бывалые паломники объясняют, что это один из Соловецких скитов, стоящий на высокой горе. С каждым шагом внимание паломников все более и более напрягается. У кого есть бинокли, не отнимают их от глаз. Наконец раздается радостный возглас: „Соловецк! Соловецк”! и все падают на колена со словами: „преподобнии отцы наши Зосимо и Савватие, молите Бога о нас”. Со всех сторон слышится: „Слава Богу, сподобил Господь, вот и доехали”. Однако пройдет еще добрых два часа, прежде чем пароход, обогнув острова, войдет в гавань и причалит к берегу.

Собственно Соловецких островов целая группа, из коих некоторые разделены между собою проливами, а некоторые соединены искусственною дамбою из громадных камней. На одном из этих островов, самом большом, и находится главный монастырь, в коем почивают мощи основателей и первоначальников препод. Зосимы и Савватия. На прочих же островах находятся отдельные скиты, с особыми скитоначальниками („строителями”), но все они в полной зависимости от главнаго монастыря, куда они и доставляют плоды своих трудов: одни рыбу, другие зверей, третьи птиц и т. п.

Монастырь расположен на отлогом берегу, и пароходы причаливают к самому монастырю. Тут же на берегу стоит одна из многих и самая лучшая гостиница, каменная, трехэтажная. Помещение и самовары даются безплатно. Безплатно дается обед и ужин, но только в общей трапезе, вместе с братиею. Стол в будни не только достаточен, но даже обилен. Четыре блюда, из коих три рыбных. Но это, конечно, объясняется обилием рыбы, находящейся в окружающих монастырь водах.

Первое, что поражает приезжих, — это вид стен монастыря. Это громадной высоты кремль, сложенный не из кирпичей, а из громадин — камней валунов круглой и четырехугольной формы, весом по сотне и больше пудов. И эти-то громады навалены одна на другую до самой высоты!.. Изумительно, как могли все это сделать люди однеми руками, без всяких приспособлений и орудий, так как все это воздвигалось 600 лет назад. При этом толщина этой стены такая, что по ней можно проехать в экипаже на тройке лошадей. В окружности стена тянется не менее версты и по углам имеет несколько башен. В некоторых из них в древности помещались преступники, а теперь в одной — военно-исторический музей, в других — книгохранилище и монастырския кладовыя. В некоторых местах на стенах этой „крепости”, как там принято называть эту монастырскую стену, и на стенах церквей видны следы бомбардировки монастыря в 1854 году. Сохранились от того времени пушки и ядра.

Прямо с берега от моря путник попадает в „святыя ворота”, у входа в которыя на лестнице лежат тесанные камни по 8 аршин длины, 3 четверти толщины и по 1 арш. ширины. В проходе ворот у потолка подвешены две модели кораблей, на которых приплывал туда Петр I-й. За воротами, налево от входа, стоит „царская колокольня”; это небольшая часовня с одним колоколом, пожертвованным Императором Александром II. Затем стоит величественный собор, во имя Преображения Господня, построенный в 1558 году. В нем есть части мощей св. Филиппа, бывшаго здесь игуменом и здесь почившаго. Но затем, по повелению царя Алексия Михайловича, мощи его перенесены в Москву, где и доселе почивают в Успенском соборе.

К северной стене алтаря Преображенскаго собора пристроен обширный храм во имя преп. Зосимы и Савватия, мощи коих тут же почивают в нише у входа. Склоняясь у сих скромных гробниц, невольно вспоминаешь слова тропаря: „смирением высокая, нищетою — богатая”. Как во время земной жизни эти старцы — простецы привлекли к себе, „на край моря” множество учеников и последователей, так еще более по смерти привлекают они сюда ежегодно сотни тысяч людей. Одни здесь ищут исцеления, другие — утешения, а третьи идут сюда „потрудиться” для преподобных. Последний разряд людей, так называемые „трудники”, составляет исключительную особенность Соловецкаго монастыря. На всем севере России существует обычай, в силу котораго родители посылают своих взрослых сыновей (16 — 20 л.) в Соловецкую обитель на год или на два „потрудиться”, конечно, безплатно. То же делают и люди самостоятельные, давая такие обеты по случаю выздоровления или какой-либо радости. Обычай этот имеет громадное воспитательное значение для населения всего севера. Пробыв год или два в обители, молодые люди уносят домой любовь к труду, религиозность и добрые нравы. Но этого мало. В настоящее время здесь, в обители Соловецкой, молодые люди могут ознакомиться со всеми видами труда. Здесь есть кирпичный, кожевенный, салотопенный и лесопильный заводы, есть мукомольная мельница и все эти заведения приводятся в действие водою; есть литография, док для сооружения пароходов, слесарныя, сапожныя и портняжныя заведения, громадныя хлебопекарни, выпекающия до 500 и более пудов хлеба в день, громадныя квасоварни. Нечего и говорить, как здесь широко поставлено рыбное дело, звериная охота и ловля птиц, вроде драгоценной гагары.

Все это видеть, ко всему этому присмотреться для молодого человека весьма и весьма поучительно. Но главнее всего то, что он здесь укрепится в религии, в вере в Бога и в доброй нравственности. Если же принять во внимание, что обычай „потрудиться” на пользу обители существует издревле, что ежегодно таких „трудников”—добровольцев бывает до 500 человек, то можно порадоваться за наши северныя губернии, получающия ежегодно такой громадный приток свежих религиозно-нравственных сил. И с этой точки зрения Соловецкая обитель имеет исключительное культурно-воспитательное значение для всего севера России. А если прибавить к этому, что из 200 тысяч ежегодных паломников наверное 150 тысяч приходят из северных губерний, то можно смело сказать, что Соловецкая обитель есть великая школа для всего населения северных губерний, чему нельзя не порадоваться. И несомненно, только этим можно объяснить и высокую религиозность, и большую нравственную чистоту, и неутомимое трудолюбие северян, умеющих от своей скупой природы и при суровом климате получить всего столько, что повсюду видны достаток и довольство. И дома их прекрасны, и скот крепкий, хороший, и сами одеты прилично; а каковы там сельские храмы Божии и как они содержатся, этому могут позавидовать даже наши горожане.

О благолепии же и величественности храмов Соловецкой обители говорить нечего. Кроме означенных двух соборов, здесь же, внутри монастыря, имеются: обширная трапезная церковь, в которой могут обедать до тысячи человек. Под нею находится церковь во имя Рождества Богородицы, устроенная св. Филиппом на том месте, где ему во время хлебопечения явилась икона Богоматери, именуемая „Запечная”. В ней же находится пятипудовый камень, служивший для св. Филиппа во время сна возглавием. Есть храм во имя св. Филиппа, Николая Чудотворца и Знамения Божией Матери. Затем в ограде помещаются корпуса для жительства братии и так называемая „Рухлядная”. Это громадная, в несколько этажей, кладовая, в которой сложен разнообразный товар, выделываемый на монастырских мастерских. Здесь есть кожи зверей земноводных, меха, разныя изделия из кожи и мехов: перчатки, фуражки, портфели, сумочки, кошельки и прочее. Все это продается сравнительно недорого. Здесь же в отдельном корпусе помещается богатейшая ризница, имеющая кресты, Евангелия, потиры и облачения 16 и 17 в.в., пожертвованныя царями и вышитыя государынями. Тут же хранятся жалованныя грамоты и другие важные акты, книги и вещи. Здесь же находятся — замечательная водяная мукомольная мельница, действующая посредством тюрбин, громадная хлебопекарня и прачешная.

Как выше сказано, с западной стороны монастырь омывается морем, а с юго-восточной, около монастырской стены, находится святое озеро, вода котораго темно-коричневая, для купанья же очень приятная.

Около этого озера находятся „Братское кладбище” и док, в котором зимуют и чинятся монастырские пароходы. Тут же начинается постройка здания для будущей электрической станции. Недалеко отсюда стоить лесопильный завод. Все рабочие, слесаря, техники и др. монахи. Монастырский дух чувствуется повсюду и на всех работах. Нигде нет крика, шума и песен, несмотря на то, что поднимаются громадныя тяжести, при каковом случае „в миру” всегда затягивается неизбежная „дубинушка”. Там же все творится в тишине и „во имя Господне”.

Таков в общих чертах главный монастырь. Служба в нем совершается, конечно, ежедневно и в нескольких храмах. Желающие служить молебны, или панихиды должны предварительно у церковнаго ящика купить соответствующий билет, который и отдается служащему монаху. Службы сравнительно с другими монастырями менее продолжительны.

Ознакомившись с монастырем, паломник обязательно должен посетить скиты, коих на Соловецких островах не мало, около десяти. Чтобы не терять времени, необходимо путешествия эти совершать не пешком, так как разстояния до скитов не малыя, от 2 и до 26 верст. Для поездок же в монастыре имеются в достаточном количестве лошади и покойные экипажи за очень умеренную плату.